Игнатьев

Игнатьев в роли «оппозиционера» — это очень иронично. Бывший директор колхоза, которых еще в начале нулевых плохо говорил по-русски и владел в основном чувашским, волею судеб и отрицательной селекции выбился в «медведевские» губернаторы, а потом сумел удержаться в седле, пока откровенно не налажал во время публичного выступления, забыв как должен вести себя публичный человек, да еще и высшее должностное лицо.

И вот, опять же, волею судеб случайный губернатор становится случайным оппозиционером, фрондой, предтечей рождения «региональной партии».

Однако, если говорить тезисно, Игнатьев стал триггером, фитилем, который поджигает возможную бомбу, если не федерализации, то хотя бы самой дискуссии о региональном статусе. Чуть раньше повод для этого дал сам Путин, усилив полномочия субъектов на время борьбы с коронавирусом, а теперь «иск к президенту» десакрализирует сам принцип работы вертикали власти: всех плохое – сверху вниз, а все хорошее – наверх, иными словами мы вам проблемы – вы на деньги. И вот какой-то Игнатьев просит суд и Президента РФ «пояснить за шмот», т.е. дать разъяснение про утрату доверия.

Понятно, что все это хитроумная «игра башен», что сам экс-губернатор лишь пешка в чужой игре, купившийся на спасительную идею, что посадить того, кто «подал в суд на Путина» делает его из проворовавшегося дурака, как минимум узником совести. Но гораздо важнее, что вектор поведения задан, многие сейчас задаются вопросом «что, так можно было?», а в ситуации, когда вся верхушка УВП АП заперта в самоизоляции по домам или лежит в больнице (как и сам Игнатьев, кстати), возникает поле для маневра.

Кот из дома – мыши в пляс, та самая «партия регионов» (не как у Януковича, а региональных элит, которые, почувствовав импотенцию губернаторов-технократов поняли, что для выживания им предстоит объединяться, если не в политическую силу, то хотя бы в аппаратную группу), сейчас находится в стадии своего становления, поэтому любая реакция на Игнатьева – закатают ли его в асфальт или наоборот, дадут слабину и начнут объясняться, уже будет трактоваться как некий политический жест. Региональная политика возвращается и играть в нее будут по принципу игры Го, а не шахмат, федеральный центр и региональные элиты начинают делить игровое поле и главный принцип здесь – нельзя захватить все. Кто не понимает этого – проигрывает.