Дмитрий Кобылкин
Дмитрий Кобылкин

Сумеет ли Дмитрий Кобылкин удержаться в своем золотом кресле до конца сезона. Или же места не столь отдаленные примут сего фигуранта многочисленных скандалов с распростертыми объятиями? Об этом размышляют наши коллеги из Руполит и Компромат-Урал.

По просьбам жителей самого северного субъекта УрФО – Ямало-Ненецкого автономного округа (ЯНАО) – редакция «Компромат-Урал» продолжает знакомить аудиторию со скандалами вокруг деятельности здешнего губернатора Дмитрия Кобылкина. Парадокс ситуации в том, что Кобылкин, возглавляя малочисленный, электорально ничтожный регион, генерирует шумные информационные поводы, громко резонирующие на федеральном уровне. Такая скандальность несвойственна губернаторам более густонаселённых субъектов федерации, что говорит о неумении Кобылкина управлять местечковыми конфликтами (и о таланте совершать в лужу акты метеоризма).

Издание Руполит напоминает, наиболее зловонный конфликт у главы ЯНАО происходит с бизнесменом, основателем корпорации «Роснефтегаз» Олегом Ситниковым. Благодаря Ситникову общественность узнала, например, о неимоверно завышенных бюджетных тратах на обеспечение личного комфорта Кобылкина, его свиты и семейства (пресловутый золотой унитаз за несколько миллионов рублей стал несмываемым пятном на репутации слащавого «астраханского арбуза»). А также о совместных увеселительных сходках губернатора и надзирающего за ним прокурора ЯНАО Александра Герасименко. Последний, между прочим, должен отвечать за борьбу с коррупцией в региональной власти (а не удить рыбу и пьянствовать с Кобылкиным), отмечает обозреватель портала «Компромат-Урал» в Новом Уренгое.

В ответ против Ситникова на полном ходу запущена машина административного, силового и PR-прессинга. Как напоминает редакция Компромат-Урал, против бизнесмена были организованы постановочные митинги «трудящихся». А когда их участники стали открыто признаваться, что никаких претензий к «Роснефтегазу» не имеют и иметь не могут, т.к. просто халтурили на митинге за обещанное денежное вознаграждение, то эти люди (случайные и посторонние) стали испытывать на себе неприкрытое давление и запугивание, а некоторые – в буквальном смысле исчезать.

Кобылкин, Роснефтегаз, митинг, постановка, убийство, Надонги, СКР, прокуратура

Например, речь идёт о жителе ЯНАО Аркадии Надонги, который официально сообщил о своей платной роли лжепротестующего по заказу кобылкинской команды. Вскоре он пропал. Родные и близкие Аркадия сбились с ног в его поисках. Эксперты проекта «Компромат-Урал» отмечают, что распространённой практикой правоохранительных органов в подобных случаях является возбуждение уголовного дела по ст. 105 УК РФ (убийство). Эта процессуальная мера даёт возможность задействовать необходимые силы, средства и тщательные ОРМ для розыска пропавшего гражданина. Почему такие решения не приняты ни в следственном отделе СКР города Надым, ни в аналогичном подразделении Нового Уренгоя (руководитель Юрий Плотник)? Нет официальных данных и о том, как прореагировал на резонансную информацию полковник юстиции Андрей Егоров — глава окружного управления ведомства Александра Бастрыкина.

Редакция «Компромат-Урал» будет следить за развитием ситуации.

Николай Зенков
«Компромат-Урал»

В НАДЫМЕ ПРОПАДАЮТ ЛЮДИ, А УЧАСТНИКИ ПРОПЛАЧЕННОГО МИТИНГА БОЯТСЯ, ЧТО ОРГАНИЗАТОРЫ ОТ НИХ ИЗБАВЯТСЯ…

Люди пропадают и боятся, что их убьют. В федеральном розыске один из организаторов митинга — Константин Розарио, который давал задание устранить Пушкарёву Татьяну, начальника PR отдела «Роснефтегаза».

Ранее наше издание освещало ситуацию с митингом на Ямале. Там связка Кобылкин-Герасименко руками своих приспешников, Константина Розарио, Евгения Венгенца и политтехнолога Андрея Ткаченко «раскачивают лодку» и дестабилизируют ситуацию, доказывая всем, что политическое напряжение – дело рук компании «Роснефтегаз». Наезды на компанию случились после того, как Кобылкин объявил, что огласка «рыбалки» (а по сути браконьерства в местах, охраняемых ЮНЕСКО), где они с Герасименко удят редкие виды рыб, произошла из-за Ситникова.

Но нужно помнить и понимать – на митинг сгоняли живых людей, которым обещали денег. Кому-то в итоге дали обещанное, кому-то дали меньше, кому-то вовсе ничего не дали. Всё делалось строго для телекамер, задача была выполнена, хотя и не без скрипа – в процессе мероприятия у непредвзятых журналистов, не аффилированных Кобылкину, возникли вопросы к организаторам, и на эти вопросы Ткаченко ответить не смог, избегая всяких контактов с «посторонней» прессой.

Вернёмся к тем самым людям из Надыма… Наивно думать, что на этом заканчивается вся история. У некоторых из участников протеста, чье сознание способно отделять добро от зла, вскоре возникло ощущение неправоты, несправедливости всего происходящего. Особенно это затронуло тех, кто был в курсе подоплеки митинга, понимал, что и для чего устраивается. Одним словом, для людей старшего возраста, а не тех детей, которые потратили тысячу «на вкусняшки».

За исчезновением людей стоит прокуратура Ямала?

Их прозрение привело к страшным последствиям – когда бывшие митингующие стали каяться и говорить о том, что их просто «купили» и обманули, пришло понимание, что это ведёт к далеко идущим последствиям. Людям не то, чтобы угрожают – они рискуют просто исчезнуть.

С подачи прокурора Александра Герасименко в Надыме творится беспредел, руки к нему прикладывают и ручные «боевики» Розарио и Венгенц. Один из покаявшихся митингующих, Аркадий Надонги, коренной житель Севера, впоследствии просто пропал. Его не могут найти, родственники уже сбились с ног. Кто позаботился о пропаже сознавшегося человека, если не салехардские силовики от прокуратуры, невозможно даже строить версии.

Кобылкин, Роснефтегаз, митинг, постановка, убийство, Надонги, СКР, прокуратура

После признательных показаний
Аркадия Надонги нигде нет

Ранее Аркадий Надонги заявил, что участвовал в митинге за деньги. Тем самым, он стал одним из тех, кто согласился разоблачить проплаченный митинг.

Сейчас Аркадия Надонги ищут родственники, однако поиски тщетны. Самое большое опасение, что мужчины уже нет в живых, и что длинные руки из Салехарда решили не считаться с «человечками», которых как скот сами же свозили на свой митинг.

Для убийства есть все предпосылки, большинство людей, которые участвовали в митинге за деньги, не имеют ни связей, ни покровителей в высоких инстанциях. Если они исчезнут, никто никому ничего не докажет, отсюда и отношение ямальских властей как к тараканам. Отмечается, что по поводу пропажи Надонги уже делались запросы силовикам в Надыме, но там просто отмахиваются и не замечают пропажи человека.

Но Надонги не единственный, кто согласился рассказать правду о проплаченном митинге и теперь митингующие из Надыма оказались в трудном положении – для организаторов митинга все они — неудобные свидетели и участники сомнительного мероприятия. Каждый участник митинга представляет угрозу не только для организаторов митинга, но и для их покровителей в окружной власти и прокуратуре…

Те, кто заговорили, боятся – Надонги пропал, упомянутый нами ранее Евгений Мусатов столкнулся с угрозами после того, как написал заявление о творящемся беспределе на имя генерального прокурора России Юрия Чайки. Принимая во внимание, что его «коллега по митингу» и вовсе исчез, Мусатов опасается за свою жизнь. Ответы с вышестоящих контрольных органов, в том числе, прокуратуры спускаются в конечном итоге в ЯНАО, где хода им не дают.

Кобылкин, Роснефтегаз, митинг, постановка, убийство, Надонги, СКР, прокуратураТак выглядит прокурор-антикоррупционер
после очередного загула с губернатором

Сам Мусатов не допускает никаких версий, его мнение едино: за надымским преступным разгулом стоят высокопоставленные чины из прокуратуры, а все нити ведут к губернатору Ямала Дмитрию Кобылкину и прокурору Герасименко. Со всех сторон на Евгения идёт давление. Ему уже пригрозили местные органы опеки, что заберут у него детей… их у Евгения четверо и они несовершеннолетние.

О беспределе в Надыме можно найти большое количество видеоматериалов на YouTube, ведь кроме как снимать видео о своей страшной и запуганной жизни, местным жителям, ничего и не остается – о них все забыли и на них всем наплевать. За тысячу рублей они поехали на митинг, и некоторым из них, судя по всему, это решение стоило жизни.

И не факт, что на этом всё закончится. В Надыме идёт «охота» на Евгения Мусатова. Ранее он был человеком организаторов митинга, но отказался от работы с политическими провокарторами. После митинга честно признался — Ситникова не знает, в «Роснефтегаз» никогда не работал.

Мусатову дано было указание физически расправиться с сотрудницей «Роснефтегаза» Татьяной Пушкаревой. Однако Мусатов в конечном итоге не стал брать грех надушу и обо всем ей рассказал. Установка Мусатову была дана ясная – отобрать телефон, камеру, а саму её (или её тело) оставить за пределами Надыма…

Мусатов опасается, что его увезут в Салехард или заберут в полицию, откуда он уже не вернётся. Идут ежедневно звонки с номеров прокуратуры ЯНАО, с предложением приехать в Салехард. Источники в правоохранительных органах не скрывают, что попытаются пришить ему административное нарушение именно по «пьянке», так как это единственное, за что его можно без лишнего шума привлечь и закрыть. Как только Мусатов окажется в камере, его судьба будет сочтена… точно так же, как и Надонги, его сочтут пропавшим, а розыск объявлять не станут.

Сейчас единственной преградой между жителями Надыма (неудобными свидетелями митинга) и карательными мерами чиновников округа является огласка ситуации, чтобы никто больше не пропадал. Но долго ли это сможет продолжаться без поддержки силовиков, тех, что не коррумпированы и не защищают ничьи интересы, кроме законных – сказать трудно.

P.S. Эксперты «Руполит» полагают, что если ситуация будет развиваться по подобному сценарию дальше, то угроза жизни может коснуться уже организаторов митинга. В конце концов, именно Розарио, Венгенц и Ткаченко ведут к губернатору и окружному прокурору… Обрубив эти связи, высшие должностные лица региона могут попытаться избавиться от неудобных исполнителей тем же способом, которым те пытаются избавиться от участников митинга. Если эта информация подтвердится, то не исключено, что ближайшее время Розарио, Венгенц или Ткаченко попросят защиты у президента, охраняющего право на жизнь, т.к. в ЯНАО это бесполезно…

«Вечерние ведомости», «Руполит», «TagilCity» и др.